Наталья Никонорова: Киеву выгодна эскалация в Донбассе

282

Ситуация на линии соприкосновения в Донбассе обострилась, прогресса в переговорном процессе по урегулированию конфликта нет. Все чаще звучат заявления о возможной эскалации. С чем это связано, почему не соблюдаются меры по обеспечению перемирия, пойдет ли Киев на возобновление активных боевых действий в регионе и решится ли открыто заявить о выходе из Минских соглашений, в интервью РИА Новости рассказала полпред самопровозглашенной Донецкой народной республики в контактной группе по урегулированию конфликта в Донбассе, глава МИД ДНР Наталья Никонорова.

— Как можно охарактеризовать ситуацию в переговорном процессе по урегулированию конфликта в Донбассе?

— Сложная, кризисная, в некоторых моментах тупиковая ситуация. Делегация переговорщиков от Украины ведет себя, с одной стороны, странно, с другой — логично, если их цель — запутать, затянуть переговорный процесс и создать видимость выполнения своих обязательств. Есть ситуации, из которых нам еще предстоит искать выход. В частности, это отказ украинских переговорщиков садиться за стол переговоров с некоторыми членами нашей делегации, потому что на Украине они были осуждены заочно за «террористическую деятельность». С украинской точки зрения, мы все, кто принимал участие в создании республики или участвовал в работе органов власти, являемся террористами. Любой из нас может быть заочно осужден, и у нас вообще не останется представителей ДНР и ЛНР в контактной группе. Это то, чего добивается Украина. И пока выход из ситуации отказа вести переговоры с отдельными представителями нашей делегации не найден.

— Это новая тактика Киева в ведении переговоров? Как она поменялась со сменой власти на Украине?

— Когда Владимир Зеленский стал президентом Украины, тактика переговорщиков поменялась: они пытались демонстрировать конструктив, договороспособность, миролюбивость. Тон переговоров стал более мягким, но это все обманчивое впечатление: никаких конструктивных, согласованных с нами решений как не принималось при (экс-президенте Украины Петре. — Прим. ред.) Порошенко, так и не принимается при Зеленском. А потом и тактика «миролюбивости» начала уходить. На смену ей пришли методы, которые использовали предыдущие переговорщики: максимальное затягивание всеми возможными способами переговорного процесса. Но есть и новые методы, гораздо хуже. Например, попытки превратить заседания контактной группы в балаган. С украинской стороны постоянно вводятся новые делегаты, представители, эксперты, советники. Если раньше в заседаниях контактной группы участвовали, как правило, один официальный представитель и его помощник, то сейчас с украинской стороны периодически присутствуют по шесть-семь человек. Вводом новых лиц Украина пытается всех запутать и затянуть урегулирование. Уже даже координаторам от ОБСЕ сложно разобраться, что происходит с украинской стороны, кто представляет позицию Украины, какова она.

— Связываете ли вы происходящее в переговорном процессе и обострение ситуации на линии соприкосновения с приходом к власти в США Джо Байдена?

— Вполне возможно. Зеленский надеется на некий карт-бланш от США, разрешение или согласование силового сценария конфликта. (Экс-президент США Дональд. — Прим. ред.) Трамп занимался больше внутренними проблемами страны. Байдена связывают с переворотом на Украине, мы слышали его слова о президенте Российской Федерации и понимаем, что Байден — это тот руководитель США, который заинтересован в дестабилизации обстановки в России и на ее границах, чтобы ослабить великую державу.

Да, обстрелы с украинской стороны увеличились, но еще больше увеличилась истерия, нагнетание этого фона в медийном пространстве со стороны Украины. Они заявляют о якобы обстрелах, эскалации, боестолкновениях, что создает фон, который Зеленский, как нам видится, попытается использовать.

— Для чего использовать?

— В медийной плоскости эта эскалация (вокруг ситуации в Донбассе. — Прим. ред.) нагнетается Киевом, чтобы попросить у США разрешения наступать, возможно, попросить поддержки: еще больше оружия, инструкторов, естественно, финансовой и административной помощи.

— Решится ли Киев на силовой вариант урегулирования в Донбассе?

— Сложно сказать, решится ли Киев. Это зависит от многих факторов: будет ли разрешение со стороны США, будет ли поддержка. Украина иногда совершает абсолютно нелогичные, истеричные поступки, поэтому эта власть может решиться на что угодно. Но могу с уверенностью сказать одно: республика готова и к этому сценарию.

— Какие действия будут предприняты в случае возобновления боевых действий со стороны Киева?

— Во-первых, мы будем защищаться. Во-вторых, за это время у нас появилось намного больше дипломатических инструментов, чем было в 2014-2015 годах. Есть каналы и пути, как мы можем информировать мировое сообщество о происходящем, чтобы призвать повлиять на Украину и прекратить эскалацию. Как представитель ДНР на минской площадке я выступаю за мирное урегулирование конфликта. Но пока Украина не сделала ни шага на пути к этому.

— Какова вероятность возобновления активных боевых действий?

— Сложно давать прогнозы. Вероятность достаточно высока. Судя по публичным заявлениям и действиям, предпринимаемым Украиной, эта вероятность выше, чем в прошлом году. Гораздо более агрессивными стали те постановления, которые принимает, например, Верховная рада Украины, гораздо более жесткие заявления звучат от официальных лиц этой страны. Сейчас мы оцениваем оперативную обстановку как достаточно опасную, поскольку есть подтвержденные факты подвоза техники к линии соприкосновения с украинской стороны. Более того, не просто так и разминирование проводится перед позициями Украины: вероятнее всего — чтобы наступать.

— Почему меры по обеспечению перемирия не действуют?

— Меры не действуют, потому что Украина дезавуировала основополагающую из этих мер — верификацию нарушений режима прекращения огня. Более того, Киев даже не смог опубликовать список дополнительных мер в той редакции, в которой они были приняты. То он публиковался с искажениями, то вовсе исчезал с сайта Минобороны Украины. Но это все формальная сторона. По факту меры не действуют из-за отсутствия политической воли с украинской стороны. Ведь полтора-два месяца после подписания мер 22 июля 2020 года они действовали. При наличии воли и отданных приказов о соблюдении мер будет соблюдаться тишина. Но Украине на данный момент это не выгодно. Им выгодна эскалация и обострение. Если соблюдается тишина, необходимо приступать к политическому урегулированию, а по политическим вопросам с украинской стороны полный блок. Они приводят ситуацию к эскалации, чтобы снова переключить внимание контактной группы на вопросы безопасности.

— Готова ли ДНР принять предложение Киева о новом перемирии, о переподтверждении приверженности мерам?

– Мы не видим в этом смысла. Раньше во время горячей фазы была практика объявления «тематических» перемирий. Но в июле 2019 года мы добились объявления бессрочного перемирия. Бессрочное — это значит, что оно должно соблюдаться постоянно. Но оно с украинской стороны тоже нарушалось. Тогда мы добились подписания мер по усилению режима прекращения огня и со своей стороны эту договоренность соблюдаем. А вот Киев, очевидно, не соблюдает. Поэтому понятно, что своим ходом по объявлению некоего «пасхального» перемирия глава украинской делегации Леонид Кравчук предлагает нам вернуться к тому времени, когда объявлялись «тематические» перемирия, он предлагает снова вернуться в горячую фазу конфликта. А мы предлагаем начать выполнять условия бессрочного перемирия и мер по его усилению. Если было нарушение режима прекращения огня, то должно быть проведено разбирательство.

В качестве примера: если бы Украина действительно соблюдала данные меры, то уже давно было бы проведено разбирательство по факту убийства жителя Александровки снайпером. Могу сказать, что, если украинские власти все же проведут расследование и применят санкции к виновнику этого преступления, тогда это будет показателем доброй воли к началу выполнения подписанных в июле 2020 года мер. Но вот то, к чему сейчас призывает Украина, все эти заявления о новом перемирии — это не более чем пиар. Мы от бессрочного перемирия не отказывались. Если Украина предлагает новое, то это, по сути, прямое доказательство того, что из подписанных договоренностей о мерах Киев вышел в одностороннем порядке.

— Киев заявлял о плане по урегулированию, составленном при участии Франции и Германии. Что это за план? Был ли он направлен республикам для обсуждения, был ли представлен в рамках работы контактной группы?

— Сложившуюся ситуацию со всеми эти планами от украинской стороны дипломатично можно охарактеризовать только как хаос и сумятицу. Украина осознанно, целенаправленно вносит сумбур в переговорный процесс, используя фактор работы двух площадок: «нормандского формата» и минского. В контактную группу был внесен один проект плана действий с украинской стороны, в «нормандский формат» — другой проект. И, что самое интересное, эти два документа отличаются друг от друга, а выяснить, в каком же из этих проектов содержится официальная позиция Украины, не представляется возможным, поскольку украинские переговорщики попросту не отвечают на наши вопросы.

При этом я обращаю внимание, что основной площадкой по урегулированию в Донбассе является минская площадка. Она создана для прямого диалога и согласования всех аспектов нашего дальнейшего соседства с Украиной. Но в «минском формате» Киев не работает. Направленный украинскими представителями план не отвечает Минским соглашениям, он на 78 процентов противоречит им. Но даже его они с нами не обсуждают. На наш проект плана действий по урегулированию от Киева вообще нет никакой реакции. Получается односторонняя блокировка всех действий. Представленный «нормандскому формату» документ тоже не соответствует Минским соглашениям. При этом отмечу, так называемые кластеры по реализации минских договоренностей, которые были разработаны Францией и Германией, тоже содержат недочеты и несоответствия комплексу мер, но они все же достаточно сдержанные, исключительно обозначают общие направления действий. А вот украинские проекты плана действий, представленные что в «минском», что в «нормандском» формате, призваны не реализовать комплекс мер, а полностью его переписать.

— Решится ли Киев открыто заявить о выходе из Минских соглашений, и что это будет означать для республик?

— Пока мы находимся в минском процессе и пытаемся мирно урегулировать вопрос, как мы будем жить по соседству с Украиной. Но если Украина официально откажется от Минских соглашений, она откажется и от всех претензий в отношении Донбасса.

Но скажу сразу: отказаться от Минских соглашений совсем не так просто, как могло бы показаться. «Комплекс мер» — это документ, одобренный Советом Безопасности ООН. Не выполнить его — это не выполнить свои международные обязательства. Украинская сторона сейчас говорит, что Минские соглашения им нужны не для того, чтобы мирно урегулировать конфликт, а для продления санкций против России. И если Украина официально откажется от выполнения Минских соглашений, то санкции будут применены уже к ней. Поэтому она пока не откажется от этих договоренностей. Но и добросовестно выполнять их не будет: Киеву выгодно сейчас сохранять статус-кво, когда они имитируют свою приверженность Минским соглашениям и свое участие в минском процессе. Но на деле не предпринимают ни единого шага для того, чтобы на практике хоть один пункт комплекса мер реализовать.

Источник: ria.ru

Читайте также: