Закон избирательного бездействия

10

Госдума в среду приняла в окончательном третьем чтении закон о запрете на участие в выборах лиц, причастных к экстремистским и террористическим организациям (ЭТО). Совет федерации планирует рассмотреть его 2 июня — это значит, что закон успеет вступить в силу до старта избирательной кампании-2021 и может применяться уже этим летом. “Ъ” выяснил, какие террористы и экстремисты по новым правилам не смогут принять участие в осенних выборах, а какие теоретически могли бы быть к ним допущены — даже вопреки здравому смыслу.

Представляя 26 мая депутатам окончательную версию законопроекта, один из его авторов, глава комиссии Думы по борьбе с вмешательством во внутренние дела РФ Василий Пискарев заявил, что документ позволит не допустить к выборам в органы власти лидеров, членов и спонсоров ЭТО. «Коллективный Запад хочет ослабить Россию» и «через сеть всевозможных организаций внедрить в наши органы власти своих агентов влияния», пояснил единоросс. «Что получилось, когда в парламент Италии пришла партия фашистов, а затем в Германии — национал-социалисты? А произошло то, что должно было произойти — самая страшная и кровавая война»,— привел он «пример из истории».

Напомним, в первой версии законопроекта предлагалось запретить всем причастным к ЭТО лицам избираться в Госдуму в течение пяти (для руководителей) или трех лет (для рядовых участников и тех, кто оказывал организации финансовую или «иную» помощь) с момента признания ее судом экстремистской или террористической. При этом запрет распространялся и на тех, кто имел отношение к ЭТО в прошлом: у руководителей — в течение трех лет до решения суда, у иных причастных — год.

Ко второму чтению главы профильных комитетов Госдумы и Совета федерации Павел Крашенинников и Андрей Клишас внесли поправки, распространяющие новый запрет на выборы всех уровней, но отчасти его смягчающие. Определять причастность граждан к ЭТО (кроме их руководителей) должен будет суд, если выявит их участие именно в той деятельности, за которую организация была признана экстремистской. Правда, к участию будет приравнена и поддержка этой деятельности на словах (в том числе в интернете), и оказание ЭТО финансовой и иной помощи.

Оппозицию предложенные поправки не устроили, поэтому за закон голосовали почти исключительно единороссы (294 голоса за).

Коммунист Алексей Куринной заявил, что документ противоречит ст. 54 Конституции (о запрете обратной силы для закона, устанавливающего ответственность), а также содержит правовую неопределенность, особенно в вопросе о поддержке ЭТО в интернете. «Речь идет о поражении в правах сотен тысяч, а может быть, даже миллионов наших граждан, что недопустимо, потому что каждый человек имеет право участвовать в управлении государством»,— сказал депутат.

В списке запрещенных экстремистских организаций на сайте Минюста сейчас значатся 83 подобные структуры. Ограничение избирательных прав коснется лишь участников трех десятков организаций, получивших такой статус менее пяти лет назад. Например, на выборы 2021 года не смогут пойти лидеры нескольких группировок футбольных фанатов из Тулы, Набережных Челнов и Омска, а также главари и члены неформального движения «Арестантское уголовное единство». Зато действие закона не распространится на такие известные запрещенные в РФ организации, как Национал-большевистская партия (решение суда от 2007 года), украинский «Правый сектор» (2015 год) и «Украинская повстанческая армия» (2014 год).

Еще интереснее дело обстоит с террористическими организациями, список которых ведет ФСБ. По новым правилам, в выборах вправе участвовать россияне, являвшиеся членами или руководителями «Талибана», «Аль-Каиды» и «Братьев-мусульман» (решение Верховного суда от 2003 года), «Имарата Кавказ» (2010) и даже «Исламского государства» (2015). А сторонникам знаменитого религиозного объединения «АУМ Синрикё», признанного террористическим осенью 2016 года, пришлось бы разделиться: руководству нужно подождать еще полгода, а рядовые члены и сочувствующие могут выдвинуться прямо сейчас.

Напомним, 9 июня пройдет суд по иску прокуратуры о признании экстремистскими сети штабов Алексея Навального и внесенного в список иноагентов Фонда борьбы с коррупцией (ФБК). Для их руководства удовлетворение иска будет означать автоматический запрет на участие в выборах, а вот судьба рядовых сотрудников и «иных причастных» будет зависеть от трактовки суда. Например, адвокат ФБК Владимир Воронин считает, что «бан на выдвижение» могут получить люди, не только ставившие лайки и делавшие репосты записей ФБК, но и адвокаты, защищавшие сотрудников этих структур по различным делам.

Глава «Правозащиты Открытки» Анастасия Буракова тоже полагает, что по действующей редакции закона «каждого, кто имел даже опосредованное отношение к штабам Навального или выражал симпатии, можно будет лишить пассивного избирательного права». Формулировки «настолько широкие и неконкретные», что поводом для снятия с выборов может стать «даже пост в социальной сети об антикоррупционном расследовании или донат за последний год», отмечает юрист. А с учетом трехлетнего зачетного периода под запрет, по сути, подпадают все бывшие координаторы штабов практически с момента их создания в 2017–2018 годах, добавляет она.

Кроме того, госпожа Буракова обращает внимание на то, что в поправках ко второму чтению появилась формулировка о поддержке «форм и целей», за которые был присвоен статус ЭТО.

«Как мы помним, одно из главных обоснований прокуратуры — это организация несогласованных публичных мероприятий. Исходя из этого положения, поводом может стать любая административка по митинговой статье»,— прогнозирует эксперт. При этом никакой конкретики о том, как суд принимает решение о причастности к ЭТО, в законе нет, подчеркивает Анастасия Буракова. «Предполагаю, что административка за несогласованный митинг — вполне себе вступившее в силу решение суда о реализации форм деятельности, в связи с которыми ФБК и штабы признают экстремистскими»,— заключает юрист.

Директор занимающегося проблемами экстремизма в России центра «Сова» (внесен в реестр иноагентов) Александр Верховский предполагает, что причастность к экстремистской деятельности, на основании которой человек может быть лишен пассивного избирательного права, будет основываться не только на действиях, подпадающих под закрепленное в законодательстве определение экстремизма. «Де-факто это будет пониматься как все действия, упомянутые в судебном решении о запрете организации. А там могут быть и не экстремистские собственно действия, в том числе несогласованные митинги и вообще что угодно. Тут надо дождаться текста решения суда о запрете»,— поясняет эксперт.

Ксения Веретенникова, Кира Дюрягина, Мария Макутина

Источник: kommersant.ru

Читайте также